- Елена Валерьевна, чем вызван перевод Юрия Каминского из главного тренера в старшие тренеры спринтерской команды?
- В первую очередь, желанием усилить работу со спринтерским составом. Это был основной аргумент, который привел сам Юрий Каминский, когда выступил с такой инициативой. Всё-таки, главный тренер сборной России – это, в большей степени, организатор процесса, который должен готовить документы, встречаться, согласовывать. И видно было, что Юрий Михайлович разрывался между этой, скажем так, кабинетной работой – и спринтерами. Эти метания были естественны и понятны, всё-таки, спринтерская команда – это его детище. Поэтому Министерство спорта РФ, Центр спортивной подготовки и Федерация лыжных гонок России приняли такое решение – удовлетворить просьбу Юрия Каминского, перевести его старшим тренером спринтерской команды.
- Свою просьбу Юрий Каминский высказал ещё 3 октября на заседании Экспертного совета. Эти два месяца вы искали главного тренера для сборной России?
- Нет, сейчас я уже никакого главного тренера не искала, вводить на такую позицию нового человека за год с небольшим до домашней Олимпиады было бы большой глупостью. Притирка между людьми – очень важный момент. Ведь если придет человек со слишком сильными амбициями, это приведёт к катастрофе. В сборной России сейчас сложился очень хороший коллектив – и тренеров, специалистов, и спортсменов. Уже слишком поздно что-то ломать ради того, чтобы построить что-то новое. Перестройку нужно было делать в год после Олимпиады в Ванкувере, но тогда перемен не произошло – не смогли найти подходящую кандидатуру на пост главного тренера. Если помните, вариант с известным эстонским тренером Мати Алавером сорвался. Был период, когда я исполняла обязанности, но против совмещения выступило Министерство спорта. А сейчас все видят, что во всех командах, входящих в структуру сборной России, идёт хорошая, качественная работа. И самое главное – не мешать старшим тренерам. В сложившейся ситуации руководители Министерства спорта РФ решили, что с поставленной задачей лучше всего справлюсь я.
- У вас есть опыт работы главным тренером. Сейчас вы постоянно посещаете сборы и соревнования. Наверное, вы легко справитесь с поставленной задачей?
- Работая президентом федерации, я действительно старалась, чтобы команда была не слишком от меня далеко. Не знаю, насколько это правильно, но я просто не могу не быть в курсе того, что происходит. Причем, мне иногда достаточно просто посмотреть на спортсменов, на их тренировки – чтобы понять, кто в каком состоянии находится, у кого есть проблемы. Я стараюсь сильно не вмешиваться в работу старших тренеров. Да, мы много разговариваем, дискутируем, иногда даже ругаемся. Но это нормально! Это рабочие моменты – я имею полное право высказать свое мнение, как любой тренер может высказать свои пожелания мне – и мы будем вести беседу, договариваться. У меня хорошие отношения со спортсменами, но я предпочитаю не давить на них. Думаю, ребята и девчонки видят во мне не только президента федерации, но и, в первую очередь, титулованного спортсмена. Перед любыми соревнованиями, независимо предыдущих результатов, я считаю важным собрать команду, настроить на хороший старт, пожелать удачи.
- Сейчас в работе сборной России уже всё отлажено – или есть моменты, которые требуют жесткой руки главного тренера?
- Я считаю, что главный тренер, в первую очередь, должен уметь принимать ответственные решения в важнейшие моменты. Вмешиваться в ситуацию, когда сомневаются или не могут определиться старшие тренеры.
- У вас уже есть опыт принятия таких решений. Например, во время Олимпийских игр 2006 года, когда вы работали главным тренером сборной России.
- Ну да, я бы сказала, что я не боюсь ответственности. И уже предвижу, что одним из самых серьезных решений, в котором мне придётся поучаствовать, станет – определение составов на мужскую и женскую эстафеты на чемпионате мира. Скажем, результатами наших эстафет на первом этапе Кубка мира я совсем не удовлетворена, ошибки по составам и расстановкам были и у мужчин, и у женщин. И в этом, отчасти, есть моя вина – не настояла, хотя, наверное, следовало. Понимаете, глобальные моменты – куда каждая команда едет на сборы, кто как будет подводиться к чемпионату мира – у нас отработаны, здесь вопросов не возникает, моё вмешательство не требуется. Но если кто-то из тренеров будет сомневаться, кого поставить на ту или иную гонку, на тот или иной эстафетный этап, мы сядем, поговорим и придем к какому-то решению.
- На Олимпиаде-2006 лыжегоночная сборная России под вашим руководством завоевала семь медалей – две золотые, две серебряные и три бронзовые. У вас есть амбиции превзойти свои собственные тренерские достижения в Сочи-2014?
- Я уже много раз говорила по поводу своих амбиций. Меня часто спрашивают, зачем я вернулась в федерацию, почему опять взялась за сборную и так далее. Да, у меня есть неудовлетворенные амбиции спортсменки. И если российские лыжники удовлетворят их в Сочи – я будут самым счастливым человеком на свете! Сейчас наша команда на порядок сильнее, чем была в Турине-2006. Многие не хотят, чтобы я озвучивала наш план-прогноз. Поэтому просто скажу: в Сочи-2014 мы можем рассчитывать на многое. В том числе, в спринте. Всё в наших руках.
